Сельский час №337. Выпуск от 14.11.2026

От редактора

В аграрном комитете Государственной думы прошло заметное обсуждение проблем отрасли. Министр сельского хозяйства Оксана Лут пояснила, что все у нас хорошо, урожай богатый и экспорт идет. Председатель аграрного комитета Госдумы Владимир Кашин высказал точку зрения депутатов: есть серьезные риски производства продовольствия, доходов нет, сельское население продолжает сокращаться вопреки требованиям Президента России. То есть налицо разное видение ситуации на селе в разных ветвях государственной власти. Когда люди видят одно и то же, но оценивают это по-разному, тут явный повод обратиться к людям в белых халатах или в погонах, если обнаружится конфликт интересов. То, что согласия нет на самом верху, очевидно.

Добрый день, Великий народ!

Вы смотрите «Сельский час» – программу о селе и его обитателях.

С вами Игорь Абакумов.

01:24 Сегодня в программе

— Кто пустил зараженных пчел из Центральной Азии. Великая тайна.

— Восемь картофелин в одном ведре. Как это удается фермеру Мангушеву?

— Когда не на чем зарабатывать – валяем валенки!

Слово Абакумово

03:41 По фермам страны продолжает гулять напасть, которую называют по-разному (бешенство, заразный узелковый дерматит, пастереллез, ящур), но заканчивается она одним: сжиганием поголовья. Уже дошло и полыхает в Московской области. Болезнь есть болезнь – ничего не попишешь, но эти жертвенные костры высветили полное отсутствие единой государственной ветеринарной службы когда профилактике и лечению уделяется больше внимания, чем уничтожению. Это третья крупная вспышка в постсоветской России. Первой была африканская чума свиней, второй – грипп птиц. Все три вспышки были очевидно занесенными из-за границы. И вот пришла четвертая – тихая, незаметная, но тотальная. Разбирается Александр Ветров.

10:54 Даже, если считать версию про англичан конспирологией, все равно все вопросы к Россельхознадзору. Самый грозный контролер, созданный для защиты внутреннего рынка, оказался импотентным перед биологическими угрозами, которые едут из-за границы. То есть Россельхознадзор со своими прямыми обязанностями не справляется. Ограничения на ввоз зараженных пчелопакетов начались только после массовых протестов пчеловодов и обращения их к президенту страны, то есть приобрели политическую окраску. Возникает вопрос: а кто в ведомстве кормился ранее, все последние годы разрешая ввоз пчелопакетов? Слишком много вопросов накопилось к штабу отрасли и первый – на кого они там работают, если своим не дают зарабатывать.

Говорят аналитики «Сельского часа» – кандидат технических наук Александр Корбут, директор агентства «Агроспикер» Виталий Шамаев, инженер Андрей Горгодзе и умная Нюша с письмами из деревни.

24:27 Я еще застал времена, когда пастбищ не было видно из-за спин овец, а профессия чабана была престижной. Сейчас чабана днем с огнем за большие деньги не найти. Между тем, овцеводство может быть прибыльным.

29:17 Конечно, добавленная стоимость сельского хозяйства и круглогодичная занятость предполагают переработку. Но невозможно увидеть цепочку – пастбище, стрижка, мойка шерсти, изготовление нитей, тканей и одежды, пока все разорвано со времен распада СССР. Создание производственно-сбытовых цепочек не по разуму штабу отрасли. Овцы отдельно, валенки отдельно.

33:47 От овец и валенок переходим ко второму хлебу. Картошка раньше была уделом огородников и немногих совхозов. Затем индустриальные технологии потеснили огороды, но снизилось разнообразие сортов на рынке. Участие фермеров в картофельном бизнесе помогает выбрать тот клубень, которым можно удивить домашних, гостей и покупателей. Репортаж Николая Таланова из Нижнего Новгорода.

Новости

01:59 Конопля выше крыши

В ООО «Агрофирма «Родные края – Туган Як» за три года возделывания конопли такой высокой еще не было: в этом году стебли достигают 3,2–3,5 метра, тогда как раньше максимум был 2,83, а в прошлом – около 2,5. Осадки сделали свое дело. Волокна много, но уборка усложнилась: жатка поднимается максимум на полтора метра, остальное протаскивают через комбайн. Убирают в два этапа: осенью вымолачивают семена, а стебли оставляют в поле до весны. За зиму волокно и костра хорошо разъединяются, а потом сырье идет на переработку. Около 40% площадей конопли в Татарстане работают на это предприятие: 800 гектаров своих и 500 у фермеров. Сырьевую базу развивали с прицелом на экспорт в Китай, но полтора года назад американцы ввели санкции, поэтому сбыт стоит, на складах лежит порядка 250 тонн волокна. Сейчас изучают внутренний рынок – строительство, утеплители, но там нужно менее качественное сырье. Переговоры ведутся, останавливаться не намерены.

#Татарстан #конопля #волокно #переработка #санкции #экспорт

Прямым текстом

24:42 Считаем овец

Дмитрий Клименко, владелец ЛПХ

Как понять, что хозяйство зарабатывает, а не работает в минус? Возьмем 50 овцематок. При плодовитости 150% они принесут 75 ягнят, из них половина баранчиков. Растим 37 голов полгода до 50 килограммов, убойный вес – 23 килограмма. При цене 600 рублей за килограмм мяса один баранчик дает 13,5 тысячи, а все 37 голов дадут около 500 тысяч рублей. А ведь можно продать еще ярок, выбракованных маток… Звучит неплохо? А сколько останется себе? Считаем расходы. Зерно: 500 граммов на голову в день – это 25 килограммов в сутки – 250 рублей, 7,5 тысячи в месяц и около 90 тысяч в год. Сено (даже если производишь сам, оно не будет бесплатным – нужны семена, техника): на 50 голов нужно 180 тюков в год, по 1000 рублей – 180 тысяч, по 1500 – 274 тысячи, по 2 тысячи – 360 тысяч – если сено покупное.

Я не отговариваю от овцеводства – я лишь развеиваю миф новичков: «Чем больше голов, тем больше заработаю». Заработок решает не количество, а качество поголовья. Нужно добиваться двоен, выбраковывать овец, которые плохо ягнятся или приносят слабых ягнят, не набирающих продажный вес. Тогда и экономика сложится.

#Краснодарский #овцеводство #баранина #экономика #фермерство

Реплики экспертов

12:02 Кооперация и контрактация

Александр Корбут, аграрный аналитик

Человечество многим обязано овцам: тысячи лет они давали людям мясо, молоко и одежду, и именно с пастбищных овец начиналось животноводство. Сейчас в мире 1,3 миллиарда овец, более 90% из них содержится в малых хозяйствах. Основное поголовье сосредоточено в Китае и Индии, но есть огромные пастбища и в Австралии, Новой Зеландии и Иране.

Баранина – самое дорогое мясо на мировом рынке, и цены на нее растут устойчиво: даже если говядина подешевеет, баранина останется дороже. В России в 1990-м году насчитывалось 55 миллионов овец, сейчас – 16,2 миллиона, и поголовье продолжает снижаться: за девять месяцев 2026 года – минус еще 1,3 миллиона. Спад 90-х объяснялся просто: овечья шерсть шла в основном на шинели и валенки, а когда перешли на другие ткани, спрос упал.

Сегодня овцеводство важно прежде всего для Южного и Северо-Кавказского федеральных округов. Сельхозорганизации занимают 13% поголовья, КФХ и население остальное количество делят поровну. Потенциал есть: более 80 миллионов гектаров пастбищ и сенокосов, занятость сельского населения.

Здесь перед отраслью стоят две: горизонтальная кооперация (закупочные центры подработки шерсти, принадлежащие самим овцеводам) и вертикальная – контрактация, при которой крупные хозяйства обеспечивают малые качественным поголовьем. Тогда мы сохраним позиции в овцеводстве и лучше используем земли России.

#Корбут #овцеводство #баранина #шерсть #пастбища #кооперация

15:32 Айсберг аграрной политики

Виталий Шамаев, директор аналитического агентства «Агроспикер»

Уничтожения зернового рынка, которое происходит в России, ни одна аграрная страна себе не позволяет. В Индии кукуруза обновила исторические максимумы – более 320 долларов за тонну, в рублях это дороже 27 тысяч. Такие цены – следствие внутренней политики государства: при большом населении Индия развивает биоэтанол, чтобы обеспечить продовольственную безопасность: рисом и пшеницей сыт не будешь, нужно мясо, а биоэтанол без мяса не бывает – его обеспечивает сухая барда. В Индии на биоэтанол уже уходит до 5 миллионов тонн зерна. Китай тоже считает, что высокие цены на зерно должны обеспечить развитие сельского хозяйства: кукуруза – 327 долларов, пшеница с высокой клейковиной – 479, соя – 777, рапс – 727. Российские хлеборобы получают лишь половину или треть от этих цен.

Наша аграрная политика – как айсберг: наверху три научно-технологических проекта, которые добиваются якобы эффективности. А подводная часть айсберга топит аграриев обесцениванием зерна: за тонну солярки на юге просят отдать от 30 до 50 тонн ячменя или отрубей, и это не путь к эффективности. Меры поддержки таковы, что у аграриев «по усам течет, а в рот не попадает»: чем выше ставка Центробанка, тем больше бюджетных денег получают банки за льготное кредитование – в 2027 году на это запланировано 114 миллиардов. Закупочные интервенции работают как капельница в реанимации: чтобы купить 3 миллиона тонн, или 2% урожая, нужно 415 дней. К стабилизации рынка это отношения не имеет. Цифры доказывают: аграрная политика обворовала хлеборобов, прикрываясь проектами технологического развития.

#Шамаев #зерно #индия #китай #биоэтанол #аграрнаяполитика

18:31 Гонка Таганрога и Ростова

Андрей Горгодзе, инженер

С середины 1970-х в комбайностроении определилась новая тенденция – разработка роторных машин. Тогда у New Holland, Элис Чамберса и International Harvester (теперь Case IH) появились модели с роторной очисткой, и стало ясно: классическая барабанная схема подходит к пределу. Варианты с молотилками шириной 1700–1800 мм и барабаном больше 800 мм уже проходили испытания, но нужен был следующий шаг.

В конце 70-х – начале 80-х в Таганроге разработали комбайн Ротор СК-10. Название говорило само за себя: 10 килограммов вороха в секунду, это был замах на 6-й класс с пропускной способностью 10-12 кг/с и производительностью 14–17 тонн. В 1982 году машину представили на испытания. Основа его молотильно-сепарирующего устройства – большой ротор диаметром 770 мм и длиной 3100 мм, молотилка шириной 1200 мм, классическая двухрешетная очистка, шестилопастной ветер. Харьковский двигатель «разогнали» до 250 лошадиных сил и он обеспечивал достаточную мощность.

Испытания шли до 1986 года, машину подписали в серию, но в серию она не пошла из-за гонок, соревнований, ревности и пр. И все же СК-10 стала основой для многих решений, в том числе в мировом масштабе. У нее была центральная кабина – компоновка, которая значительно позже появилась у других. Конечно, роторная машина требовала большей энергетики и сложных настроек, что для середины 80-х казалось избыточным, но дало толчок другим исследованиям. За ней последовал ростовский КТР-10 в корпусе Дон-1500.

#Горгодзе #таганрог #ск10 #комбайн #ротор #история

22:00 Комната агро-страха

Нюша, нейросетевая интеллектуалка

Прочитали селяни в газете: фермерам для агротуризма разрешат строить на своей земле все – кафе, магазин, сыроварню и даже банный чан. А еще минсело теперь заведует аттракционами. Решили Нюша с Васей – это шанс, пора сочинять бизнес-план: агропарк развлечений, карусели с живыми страусами и козлами, американские горки из соломы с телегой на деревянном ходу, но главное – комната страха. Видали такой в городе, и страшного там оказалось только одно: Кошелкина, главная по сельским территориям, на соседнем кресле.

В своем бизнес-плане для деревенских решили собрать самое страшное в одном месте: предлагают ФГИСы заполнить на скорость, только начнешь – отрубается Интернет. Хватай бумажку, пиши руками, а не то штраф. За другим столом – попробуй оформить все бумаги на гранты и субсидии, отчитаться за отечественные семена, страхование посевов, молоко, навоз, экологию.

Тимофеич сперва посмеялся, а потом заявил: «После таких аттракционов фермеров да председателей на скорой увозить будут, лучше в эту комнату агро-страха городских гостей и проверяющих приводить – пусть испытают, куда нас макнули». И даже распорядился отдать под аттракцион старый коровник. Вот и зовет Нюша Ксюшу на открытие – пощекотать нервы, а то в Москве от спокойной жизни скучно.

#Агротуризм #комнатастраха #фгис #кошелкина #деревня #нюша

Наш репортаж

04:32 Одноразовая пчела

В 60-е годы на пасеки завезли из Азии варроатозного клеща – и с тех пор он главный бич пчеловодства: паразитирует в расплоде, а потом питается жировым телом взрослых пчел. Игорь Льгов, председатель регионального отделения Союза пчеловодов России по Московской области считает, что отчасти виноваты сами пчеловоды – особенно нелегальные, кто боится оформить пасеку и проверить ее. Выезд специалиста и анализы стоят около 1800 рублей, для Москвы это небольшие деньги, но личные подсобные хозяйства не хотят тратиться.

Льгов настоятельно отговаривает пчеловодов покупать пчелопакеты из Азии: десять лет назад он сам купил через «Авито» пчел из Узбекистана и до зимы не выжила ни одна: с такими пакетами приезжают неизвестные ранее в стране клещи, вирусные и грибковые болезни. В департаменте ветеринарии сообщали, что в последние годы открывали поставки трем-четырем поставщикам из Узбекистана, но те физически не могли производить 300 тысяч пакетов в год, а значит, ввоз шел бесконтрольно, и генофонд местных пчел «испорчен».

В этом году завоз удалось «закрыть» полностью – к этому решению шли три года. Сам Льгов после гибели 130 семей покупал пчел в Брянской области: «Хочу, чтобы эти 10–11 миллиардов рублей остались в стране, такому же пчеловоду, как я. В Узбекистане пчеловодство поддерживается. А мы с вами остаемся в режиме покупки «одноразовых пчел», каждый год приобретая поголовье. А если однажды поставщики получат приказ и перестанут продавать? Россия останется без меда. С Узбекистаном и правда соперничать сложно – там зима две недели. А вот развитие пакетного производства в нашей стране подтянет сельские территории и экономику. Впрочем, можно прожить и без пчел. Только через пять лет после их исчезновения мы потеряем 70% продовольствия – это не страшилка, это факт.

#Московская #пчеловодство #пчелопакеты #варроатоз #пасека #ветров

29:45 Прибыльная и убыльная

Игорь Азаров – единственный валяльщик валенок если не в области, то уж в Орловском районе наверняка. К ремеслу он пришел случайно: занимался оптовой продажей обуви, в дороге пробило колесо, пока менял нога замерзла и распухла так, что обувь не надеть. В углу склада валялись чьи-то валенки – он их надел, доехал до Орла, снял – и опухоль спала. Вскоре к нему начали обращаться люди с больными ногами, особенно бабушки: «Сынок, нет валеночка?» Это и натолкнуло на идею…

Учиться шаповальному делу он поехал в Почеп Брянской области, к пожилой семейной паре. Несколько недель практики, год работы дома – и только тогда стало получаться. Валяние до сих пор хранит почти мистические загадки: есть шерсть прибыльная, есть убыльная, и почему так – Игорь не понимает до сих пор. На каждый валенок уходит 700–900 граммов сырья, важно правильно подобрать пропорции весенней и осенней шерсти. Хорошей шерсти в Центральной России сейчас не найдешь: овец стригли дважды в год, а теперь стригалей почти нет, это дорого. Сырье берут в Астрахани и Саратове – там чище, нет колючки. Полотно вычесывает машина, которую Игорь приобрел благодаря соцконтракту. Над ним сперва посмеивались: «Валенки валять будешь?» – а теперь это не хобби, а самозанятость. Валяет под заказ, на продажу, возит по соседним областям. И ни о чем не жалеет: «Валенки не потеют и не преют. Мне кажется, все равно вернемся мы к этому всему».

#Орловская #валенки #шаповал #соцконтракт #ремесло #самозанятость

34:14 Второй хлеб Мангушева

Фермера Рустяма Мангушева и его картошку знают не только в Сергачском районе, но и во всех соседних. Свою продукцию он называет самой экологической, а себя – самым скромным. Клиентам возит картошку на дом, заносит наверх, укладывает в погреб, а за доставку берет символические 100 рублей. Продажу начинает в июле с сверхранних сортов – они плохо хранятся, зато летом уходят по другой цене. Ближе к осени начинается ежедневная доставка по деревням: там живут по старинке и запасают картошку на год. Кому не хватило, зимой довезет. А весной остатки выгребут оптовики – но в полтора раза дешевле, поэтому фермер не торопится сдавать им оптом.

Погода в этом году для картофелеводов была неудачной: затяжные дожди спровоцировали болезни, картошка гнила прямо в почве. А Мангушеву повезло: «У нас, как по заказу, раз в неделю хороший дождь». Урожай чудесный, были клубни по полтора килограмма. Есть и специальный сорт – фиолетовый Индиго для тех, кому обычный картофель противопоказан по медицинским показаниям, в частности при диабете – его фермер привозит в мешочках по 5 килограммов.

В прошлом году Мангушев начал осваивать ягодную нишу: посадил тысячу кустов жимолости, 400 кустов смородины и около 100 яблонь. Так, не спеша и планомерно, семья ведет хозяйство: за основу взяли картофель, нашли свою нишу, но пробуют и другие сферы, аккуратно прощупывая рынок.

#Нижегородская #сергачский #картофель #фермер #жимолость #таланов

Вместо послесловия

38:08 И на посошок. Сколько раз повторяю: качество управленцев в верхних эшелонах аграрной власти уже представляет угрозу национальной безопасности. Доказательства на столе: импорт продовольствия превысил экспорт, доходы упали ниже нуля, бегство людей из села пытаются залить деньгами из бюджета, безумный контроль выносит последние копейки, посевные площади сокращаются на фоне обещаний вырастить отечественные бананы. Уменьшается производство и потребление почти по всем показателям. Есть от этой вакханалии непрофессионализма одно единственное лекарство: вчинить иски за убытки от такого управления. А что: фермер Пупкин против Министерства сельского хозяйства. Красиво? Да. Иначе их не остановить. Страх должен быть обоюдным. Вот так будет честно.

В любую погоду!

Ваш Игорь Абакумов